навсегда! Такого просто не может быть, потому что быть не может никогда. И вот в его обычном почтовом ящике лежит узкий конверт с перечислением имен его семьи удивительной фразой: "Уважаемый Г-н. В ответ на Вашу просьбу имею честь сообщить Вам от имени Министра Иностранных Дел, что вышеперечисленным лицам будет разрешен въезд в Израиль в качестве иммигрантов. Визы будут выданы уполномоченными представителями Израиля." И рядом тот же текст на непостижимом для таких евреев как они иврите. И печать со скромнымгербом Еврейского государства. И все это названо разрешением на въезд. Как просто! Настолько, что поверить нельзя. Особенно, если учесть, что некогда была первая форма секретности. Нет-нет, не выпустят бывшего разработчика биологического оружия... А потому никаких сборов, чтобы не было тяжелого разочарования.

Когда же выяснилось, что выпустили, Лернерытак поспешно собрались, пока родная страна не спохватилась и не передумала, что даже не успели осмыслить, куда девать нажитое добро. Потом выяснилось, что отсюда багаж в Израиль не отправлялся, а переправлять вещи через другой город - никаких денег не хватит. Если же все продать на месте с молотка, то вырученные "деревянные", как вдругстали называть незаменимые недавно рубли, за проданное нажитое добро надо как-то нелегально обменять на доллары - через каких-то никогда Лернерам не знакомых темных личностей. Официально разрешалось провезти только пятьсот долларов. Именно в такую сумму Родина оценила четверть века труда этой семьи на общее благо. Всю прочую валюту следовало где-то прятать, куда-то затыкать, заворачивать, а ушлые таможенники всегда знают куда. А в случае поимки с поличным, Лернеры станут уже не эмигрантами, а нормальными советскими преступниками, которых не выпустят туда и не впустят обратно, а отправят на нары.Илья не собирался садиться в тюрьму за пару тысяч долларов, которые, как всем известно, нормальный западный ученый зарабатывает в неделю.