Но вот въезжает он в Карлсбад… и тут слышит он halt
Надоели Г…у запросы.
— Все равно, куда хотите везите! — говорит он.
— Как это можно, — отвечают ему. — Здесь есть и дорогие заездные домы, и дешевые, Gott weiss
Выбирает Г…ъ Золотой щит. Нанял на месяц покой — являются новые посольства и предложения: какими водами будет пользоваться? угодно ли, чтобы его имя печатали в Badelist
Ввечеру является у двери номера толпа Nacht-music,
Наутро является хозяин с предложением взять прием карлсбадской соли как необходимого средства для очищения перед пользованием водами.
Наконец все предложения истощены; Г…ъ пациент Карлсбада. У него оцарапано плечо пулею, рука подвязана; а это так интересует всех земных существ, носящих шелковые эполеты, обшитые блондовой бахромой, вооруженных золотым кинжалом, на котором у пояса привешены часы, — всех земных существ, украшенных серьгами — серьгами! признаком рабства, по глупым преданиям Востока.
Г…ъ уже в каштановой аллее. Вместо меча у него золотой лорнет в руке, вместо мундира на плечах фрак; только широкие лампасы, сапоги с высокими каблуками и шпоры показывают, что он военный, и какой военный! — с перевязанною рукою, с крученым усом, с русыми волнистыми кудрями, с вскинутым плечом, с маленькой модной сутулиной, с пур-ле-меритом на шее и с 25 годами, означенными в формуляре в графе «сколько от роду лет?».
Все эти достоинства могут привлечь и дружбу, и любовь на свою сторону.
В несколько дней воды Карлсбада приносят свою пользу. Ротмистр уже со всеми знаком; у него уже полна комната военно-раненой молодежи; он уже может владеть рукой, метать направо и налево, записывать, списывать и отписывать.
Время летит, пробки летят; кипит молодость, кипит и шампанское. О, девы, девы! женщины, женщины!., смотрите на эту молодежь, смотрите на эти 52 листа, которые означали у древних число недель в году, а 364, число очков всех карт, — число дней в году. Посмотрите, как каждый юноша и муж заботится, чтоб ему рутировала дама, с какою надеждою гнет он ее на пэ, и в душе и на столе транспорт! Но вот «ander Stück manier!»