Старший лейтенант Маринеско в 1938 году принял строящуюся малую субмарину М-96, ввел ее в строй, встретил на ней войну и 14 августа 1942 года, уже капитан-лейтенантом, потопил транспорт "Хеллон", за что был награжден орденом Ленина. Судьба складывалась наилучшим образом: в октябре 1944 года капитан III ранга Маринеско вышел в поход и неподалеку от косы Хела, что близ Данцигской бухты, встретил немецкий учебный корабль "Нордлол" (он "Зигфрид"). Когда тот увернулся от четырех торпед, С-13 всплыла и расстреляла немца из пушек. Этот успех командира отметили орденом Красного Знамени. И вот теперь, в январе 1945 года, Маринеско вновь привел С-13 в Данцигскую бухту. Пробыв четверо суток на выделенной позиции, он радировал командованию, что противник ходит, прижимаясь к берегу, рассчитывая, что наши лодки не станут соваться на мелководье, и попросил разрешения действовать именно там.

"НАДО ТОПИТЬ"

А "Вильгельм Густлов" все еще стоял на рейде Гдингена. 20 января на него приняли 3,7 тыс. будущих подводников, преподавателей и свыше 1 тыс. чинов СС, СД, нацистских чиновников, администраторов концлагерей. Шли дни, и капитан лайнера то и дело получал распоряжения разместить все новые партии пассажиров. Так, 26 января на "Густлове" обосновалось 400 женщин-военнослужащих "кригсмарине", общее число пассажиров достигло 4500, а к вечеру к ним прибавилось еще полторы тысячи. Лайнер уже был основательно переполнен, людей рассаживали в опустевших ресторанах, барах, гимнастических залах, салонах, даже в плавательных бассейнах. Приказав капитанам лайнеров брать гражданских и раненых, Шютце и Форстер заведомо подставили их под удар. Уж кому, как не моряку Шютце, было известно, что раненых и беженцев положено перевозить на специальных госпитальных судах, окрашенных в белый цвет, с хорошо заметными издали изображениями красных крестов на бортах и трубах.