Все удобства в этом доме находятся во дворе, хотя удобствами их назвать язык не поворачивается. Скорее, это неудобства, а еще точнее - мучения. Покосившийся туалет, сколоченный из гнилых досок, постоянно измазан скользкой жижей. Стоит он прямо под окнами и в знойные дни радует жильцов особо полновесным ароматом, а рядом с туалетом стоит сколоченная из таких же гнилых досок деревянная помойка, наполненная отбросами, плавающими в мутной юшке, состав и запах которой близок к той жиже, что находится в туалете. Перед обветшалым деревянным подъездом находится бугорок, покрытый липкой мокрой глиной и кошачьими экскрементами. На этом бугорке стоит водяная колонка. Колонка отстоит от туалета всего шагов на десять, но и это тоже никого не смущает. Набранную из-под колонки воду жильцы пьют, не кипятя. Впрочем, водку они пьют гораздо охотнее, чем воду. Не верите - можете поставить простой и убедительный эксперимент. Приезжайте к дому 22А с ящиком водки, а лучше с двумя, и попросите жильцов выпить все прямо у вас на глазах, и как можно быстрее. Часы для измерения результатов никак не годятся: необходимо иметь при себе секундомер фирмы "Касио".

Дом газифицирован - это безусловная победа социализма. На каждом из двух этажей в коридоре стоит девять двухконфорочных газовых плит, по числу квартир. Плиты стоят прямо перед дверями и усердно чернят и без того уже черные потолки, а в воздухе висит мутное, душное марево, чад и копоть. Газ-то подвели, а вот про вентиляцию никто даже не вспомнил. Визжат грудные дети, мужики густо матерятся, бабы охают, вопят и тоже матерятся, летом в комнатах и коридорах жужжат полчища мух, залетающих с помойки и туалета... Короче - нормальная жизнь, как везде.