ИРИНА Он старый?

ИВАНОВ (закрывая книгу) Что, доктор, скажите?

АСТРОВ Да... В десять лет другим человеком стал. А какая причина? Заработалась, нянька. От утра до ночи все на ногах, покою не знаю, а ночью лежишь под одеялом и боишься, как бы к больному не потащили. За все время, пока мы с тобой знакомы, у меня ни одного дня не было свободного. Как не постареть? Да и сама по себе жизнь скучна, глупа, грязна... Затягивает эта жизнь. Кругом тебя одни чудаки, сплошь одни чудаки; а поживешь с ними года два-три и мало-помалу сам, незаметно для себя, становишься чудаком. Неизбежная участь (закручивает свои длинные усы) Ишь, громадные усы выросли... Глупые усы. Я стал чудаком, нянька... Поглупеть-то я еще не поглупел, Бог милостив, мозги на своем месте, но чувства как-то притупились. Ничего я не хочу, ничего мне не нужно, никого я не люблю. Вот разве только тебя люблю (целует ее в голову) У меня в детстве была такая нянька.

ДЯДЯ ВАНЯ А как она хороша! Во всю свою жизнь не видел женщины красивее.

ИРИНА Интересный человек?

ИВАНОВ Ах, не зуди ты, зуда! Чтобы ехать в Крым, нужны средства. Допустим, что я их найду, но ведь она решительно отказывается от этой поездки...

НИНА Он скучает без человека.

ИВАНОВ Лишние люди, лишние слова, необходимость отвечать на глупые вопросы - все это, доктор, утомило меня до болезни. Я стал раздражителен, вспыльчив, резок, мелочен до того, что не узнаю себя. По целым дням у меня голова болит, бессонница, шум в ушах... А деваться положительно некуда... Положительно...

Входит Фирс; он в пиджаке и в белом жилете.

ФИРС (идет к кофейнику, озабоченно) Барыня здесь будут кушать... (надевает белые перчатки) Готов кофий? Ты! А сливки?