- Еще спросить? - удивился он.

- Только кроме зубов.

- А как же зубы?

- Никак,- сказал я. Мне неприятен был этот вопрос.

- В таком случае посчитайте их,- сказал он, приготавливаясь смеяться.

- Сейчас посчитать?

- Пожалуйста,- сказал он,- я вам не буду мешать.

- Спросите что-нибудь другое,- сказал я.

- Ну хорошо,- сказал он,- хорошо. Сколько в черепе костей?

- В черепе?- переспросил я. Все-таки я еще надеялся проскочить.

Он кивнул головой. Как мне показалось, он опять приготовился смеяться.

Я сразу сказал:

- Две!

- Какие?

- Лоб и нижняя челюсть.

Я подождал, когда он кончит хохотать, и сказал:

- Верхняя челюсть тоже имеется.

- Неужели? - сказал он.

- Так в чем же дело?!- сказал я.

- Дело в том, что там есть еще кости кроме этих.

- Ну, остальные не так значительны, как эти,- сказал я.

- Ах, вот как! - сказал он весело.- По-вашему, значит, самая значительная - нижняя челюсть?

- Ну, не самая...- сказал я,- но тем не менее это одна из значительнейших костей в человеческом лице...

- Ну, предположим,- сказал он весело, потирая руки,- ну, а другие кости?

- Другие я забыл,- сказал я.

- И вспомнить не можете?

- Я болен,- сказал я.

- Что же вы сразу не сказали, дорогой мой!

Я думал, он мне сейчас же тройку поставит, раз я болен. И как это я сразу не догадался! Сказал бы - голова болит, трещит, разламывается, разрывается на части, раскалывается вся как есть...

А он этак весело-весело говорит:

- Вы костей не знаете.

- Ну и пусть! - говорю. Не любил я этот предмет!

- Мой милый,- сказал он,- мое восхищение вами перешло всякие границы. Я в восторге! До свидания! Жду вас!

Он с чувством пожал мне руку. Но он не поставил мне никакой двойки, никакой единицы!