а шерсть дымится на собаке — ей чудится медвежий след. Застыл в патроннике патрон, озноб и тишь — не дрогнет ветка… Собаке снится древний сон: она спасает человека! И — из последних сил — прыжок! И лай, и хруст, и рев медвежий. …А человека сон глубок, и радостен, и безмятежен. идёт, покачиваясь, снег в тайге, над временным бараком, где снится вещий сон собаке, где спит спокойно человек. Тундра До звона промёрзшая трасса натянута, будто струна. От серых камней Арангаса до чёрной воды Будуна хрипит снеговая погода, природа упряма и зла, и рыжий изгиб горизонта лежит, как обломок весла. Но только видавшие виды сквозь вьюгу идут напролом олени, быстры, деловиты, гружёны насущным добром. …Налево смотрю и направо, гуляет позёмка во тьме, но память о листьях и травах, как боль, оживает во мне. И вот перепутаны даты, и песню заводит каюр, и мы из продрогшего марта врываемся в месяц июль!

ВИКТОР КОРКИЯ

Память

1.

Братские могилы — Истины без слёз. Значит, были силы Лечь в ногах берёз. Правда беспощадней Вздохов площадей, И мундир парадный Не сидит на ней. Плача не услышит Тот, кто был убит, А легенды выше, Чем любой гранит.