
Котику наверняка снилось, что Карфик снова загнал его на дерево! Доброй ночи!
Заговорил у Швецов и поросенок Бабушка Пепика была превосходная хозяйка. Всяк получал от нее еду вовремя и в достаточном количестве. Что касается Пепика, то он охотнее всего трапезничал с Микешем на низенькой табуретке возле печи. Мальчик научил друга есть из жестяной миски ложечкой, и тот орудовал ею посноровистее любого из прочих малолеток! Бабушка полюбила котика за вежливость и послушание. Когда Пепика не было дома, а ей требовалось принести с чердака луку, сушеных груш или слив, она поручала это сделать Микешу, и он в точности исполнял ее просьбу. Да и вообще Микеша она посылала туда с большей охотой, нежели Пепика, поскольку котик не ел подобных продуктов, а Пепик, бывало, съедал по пути одну-другую сушеную сливку. Словом, бабушка была вполне довольна Микешем и, случалось, даже гладила его по головке, когда на старой скрипучей кофемолке он молол ей зерна и напевал при этом:
Рос на поле овес, Пес-барбос резвился!
Но однажды она сильно рассердилась на котика! Как-то в полдень бабушка принесла поросенку Пашику обед - растолченную в молоке картошку. Отодвинув засов, она открыла дверцу хлева, понаблюдала за Пашиком и сказала:
- Эх Пашик, Пашик, что-то ты мне не нравишься! Нисколечки не толстеешь, все такой же худой, кожа да кости! В чем дело?
