— Места там действительно неповторимые, — подтвердила Магда.

— А вы знаете «акваторию» Плетнева? — приподнявшись на локте, спросил Леонидов.

Он посмотрел в серые, широко расставленные глаза Магды, отметил в них мучительную напряженность, огляделся по сторонам. Ирина и Александр, невзирая на палящие лучи солнца, азартно гоняли волан.

— Вашего Плетнева не знаю, хотя слышала о нем от Саши. Саша о нем когда-то писал. А в тех местах мы бывали не раз. У моего младшего брата Владислава прекрасная лодка, и мы часто ездили к Белым камням. Пока он не заболел.

— Он болен и сейчас?

— Это случилось совсем недавно. Он заболел внезапно и, кажется, очень серьезно. Во всяком случае, как мне сказала перед отъездом его жена Валя, Владиславу дали направление в одну из московских больниц.

— Даже так? — Леонидов вздохнул и снова лег на спину. — Совсем молодые — и болеют. Ирина! — крикнул он на весь луг. — Кончай бегать на солнцепеке!

Но Ирина, Алешка и Александр так увлеклись игрой, что не обратили внимания на Леонидова. Он же через некоторое время перевалился на бок и задремал. Магда посмотрела, с улыбкой на этого огромного человека, который спал теперь, по-детски оттопырив губы, и достала из сумки вязание. Спицы в ее руках поблескивали на солнце, а сама она привалилась к стогу и оттуда, из тени, посматривала, как Александр, тоже уподобившись мальчишке, прыгал из стороны в сторону, взмахивая ракеткой. А ведь Александр уже немолод. Ему, как и Леонидову, скоро сорок пять. Только выглядит свежее, потому что сухопар и подвижен. Да и род у него, в отца, живуч и долговечен. Из «ливанских кедров» Александр, больше тут ничего не скажешь. Но и у нее с Владиславом порода вроде бы крепкая. Отцу семьдесят, а выглядит он куда моложе Леонидова. И машину водит до сих пор, и дачку строит в заливе, о котором говорили только что.