— Фью! Вот так номер! — воскликнул Костя. Сразу посерьезнел, переглянулся с Ниной, как бы спрашивая ее совета. Девушка молчала.

— Может, останетесь до утра? — предложил Сашко. — В бухте безопасно, когда рассветет, решите, как быть.

Костя ответил не сразу, обдумывая все «за» и «против». Твердо сказал:

— Нет, нельзя, им на работу надо.

Еще раз посмотрел на Нину, на Михаила:

— «Тайфун» посуда надежная, выдержит. Добавил, не обращаясь ни к кому в отдельности:

— Только бы мы не сплоховали.

Вышли из бухты под всеми парусами при небольшом почти попутном ветерке. Ветерок был теплый, приятный, Михаил усомнился:

— Может, ошиблись там, в бюро погоды? Метеорология паука несовершенная, об этом все говорят.

— Все говорят, а ты не слушай, — сердито отозвался Костя. — Умнее будешь… Вот погоди часок-другой.

— Будет шторм, — подтвердила Нина. — На береговые огни глянь.

Михаил посмотрел, куда она показывала. Далекие отблески странно мерцали, то затухая на мгновение, то разгораясь.

— И волны растут, — добавила Нина.

Предсказание оправдалось. Медленно, однако упорно, ветер крепчал. Часам к десяти посвистывал в такелаже, к полуночи перешел в шторм.

Белогривые валы выкатывались из темноты и с грохотом обрушивались на «Тайфун». Вокруг, насколько хватал глаз, не было ни огонька. Из туч выглядывала и опять пряталась большая и встревоженная луна. Ветер рвал гребни, нес брызги — крупные, холодные. «Тайфун» беспрерывно кренился, шел тяжело, зарываясь бортом в воду. Это был не короткий и в сущности не опасный для опытного рулевого шквал, что перевернул швертбот в день первого знакомства Михаила с морем. Сейчас разыгрался настоящий шторм в открытом море, шторм силой в семь-восемь баллов, как и говорилось в переданном по радио «Предупреждении мореплавателям».