Никогда я не думал, что стану пограничником… Но время было такое, что чуть ли не каждый день менял нашу жизнь. До империалистической войны работал я пекарем. В гражданскую прошел путь от солдата до командира полка и в двадцать первом году вместе с такими же, как я, командирами был направлен на курсы комсостава в Харьков. Экзамены сдал хорошо, признан был годным командовать отдельной частью или соединением. И вдруг Михаил Васильевич Фрунзе объявляет о зачислении нас, тридцати человек, в войска ВЧК для охраны границы.

— Что же получается, товарищ командарм, — выразил нашу общую растерянность комполка Шамис, — командовали мы полками. Справлялись, кажется, неплохо. Благодарности имели. На курсах тоже неплохо учились. За что же нас понижают?

— Чины тут ни при чем, — спокойно сказал Фрунзе. — Вы большевики, и вам поручается особое задание партии. Условия работы на границе сложные. Здесь нужно не только умение стрелять и воевать.

— Но ведь мы, — сказал кто-то из нас, — никогда раньше не служили на границе.

— Да. Но вы умеете работать с людьми. Из трехсот человек мы отобрали тридцать именно по этому признаку. Пограничная служба — это прежде всего работа с людьми. Остальному придется учиться. Скажу вам только одно: Владимир Ильич и Феликс Эдмундович придают большое значение этому вопросу.

«Что ж, — думал я, слушая командарма, раз партия посылает нас на границу — значит, теперь этот участок приобретает особую важность. Значит, так надо».

По лицам товарищей я видел, что и они думают примерно то же.

— Завтра вы отправляетесь в Москву, к Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому. Желаю вам всего доброго! — сказал Фрунзе.