— Хочешь покажу испанскую девушку?

Петр обрадовался.

— Давай, давай… — и, взяв в руки фотографию, долго, пристально вглядывался в смуглое лицо, большие выразительные глаза, густые локоны…

— Хороша, ничего не скажешь! Настоящая богиня… — Нехотя возвращая фотографию, он лихо подмигнул: — Так, так, Миша… Без пяти минут Кармен! — Петр запел, прищелкивая пальцами: — «Меня не любишь, так не надо, берегись любви моей…»

— Милый друг, ты попал пальцем в небо. Не до любви там было…

— Брось, брось… Чудак, почему ты на ней не женился?

— Она была совсем девочка…

— Тем лучше. Девочки превращаются в женщин. Привез бы всем на удивление. Ты подумай! В наших неуютных краях появляется настоящая Карменсита чистейших испанских кровей. Сенсация! Ты герой!

— Избавь боже от такой славы…

— Ты прав, старик. Слава — она имеет и обратную сторону…

Почувствовав усталость, Максимов сладко зевнул:

— Куда ты меня положишь?

Тот указал на койку:

— Гостю почетное ложе.

— А ты?

— Я на тахте устроюсь.

Через несколько минут Максимов утонул в мягкой постели. Зайцев погасил свет, лег, из темноты донесся его голос:

— Счастливый ты, Миша. В Испании побывал. Завидую. А мы тут прозябаем.

— Ты думаешь, у нас была сладкая жизнь? Нет, милый, ошибаешься. Не могу бросить упрек: испанцы народ прекрасный, гордый, отважный. Одна беда — беспечности у них много. Вернемся из похода, не успеешь оглянуться — команда на берегу. Офицеры в кафе сидят, матросы с девушками по набережной фланируют… Если что случится — беги и собирай…

— Да… Зато дома можешь быть спокоен.

— Спокойным оставаться нельзя, если знаешь, что не сегодня, так завтра мы тоже будем воевать.

— Думаешь?

— Не думаю, а знаю…