– Знакомьтесь, – буркнул Евлахов, грузно придавливая пружины.
Зайцев ждал, чтобы Виктор первым подал ему руку, и смотрел застенчиво и чуть исподлобья. Костюм и пальто на нем были не из дешевых, а сидели небрежно, точно были не по плечу. Виктор догадался о причине этой небрежности. Зарабатывал Зайцев много, но ухаживать за собой еще не научился, платье не шил, а покупал готовым. Вообще в нем еще сохранилось много угловатости, свойственной подросткам.
– Смеются над нами, – ласково сказал Евлахов, угадывая молчаливый вопрос Зайцева. – Говорят, нашел твой Сливинский какую-нибудь родню и нечего поднимать панику.
– Да в том-то и дело! – торопливо сказал Зайцев. – У Сливинского в Москве ни родственников, ни знакомых.
– Ну а в самом Сливинском вы уверены? – неожиданно спросил Виктор, пытливо вглядываясь в Зайцева.
Зайцев ответил не сразу. Он помолчал, нахмурился и затем, глядя Виктору прямо в глаза, негромко отчеканил:
– Видите ли, мы со Сливинским учились вместе еще в средней школе. Я за него ручаюсь как за самого себя. Если вы даже поклянетесь, что Сливинский преступник, я и тогда этому не поверю. А кроме того, он серьезный человек, превосходно учитывает ценность чертежей и никуда с ними пойти не мог.
Эта уверенность в своем товарище и твердый голос, каким все это было высказано, понравились Виктору, и он почувствовал к молодому инженеру симпатию.
– Но ведь из вестибюля вашего приятеля похитить не могли? – шутливо заметил Виктор. – Просто вы с ним как-нибудь разминулись и теперь, в поисках друг друга, рыскаете по всему городу.
3. Преступление в гостинице
Тем временем в гостинице, где остановился Зайцев, случилось происшествие, не имевшее прямого отношения к исчезновению Сливинского. Хотя гостиница эта была в Москве одной из самых больших и многолюдных, десятки опытных служащих, несмотря на сумбурную и беспокойную жизнь сотен постояльцев, незаметно и постоянно поддерживали в ней образцовый порядок.