Мамед с сожалением вздохнул.

- Жаль, друзья, я не могу пойти с вами. Пошел бы - все равно ничего не пил бы, но разве соседи и родственники поверят этому?.. У нас в квартале, можно сказать, живут одни духовные лица, сеиды да моллы. Если какой-нибудь болтун донесет им, что Мамед заходил в трактир, они не дадут житья: ни мне, ни моим родственникам. Ох, худо нам придется!

Айрапет понимающе кивнул головой:

- Ты прав, тебе нельзя идти с нами.

Мамед распрощался с друзьями.

Подходя к трактиру, Айрапет, Павел и Аскер услышали голоса "гуляющего" рабочего люда:

- Эх, житуха проклятая!..

- Забыться бы, забыться!..

- Катись ты к чертям собачьим!..

- Все подохнем с голоду!..

- Не жизнь - каторга!..

- Неужто мы только для того и родились, чтобы страдать?!

- Куда господь-то смотрит?..

- Завтра я пристукну этого сукиного сына управляющего, заставлю его матушку слезы лить!..

- Не дают людям жить по-человечески!..

- Эй, хозяин, еще водки!.. Гулять - так гулять!.. Плевать на все!..

- А закусывать-то чем?.. Кто-то выводил плаксиво:

Промелькнула чудо-ночка,

Эх, судьбина, злая квочка!

- Но ведь хозяина не уломать. Разве перешибешь обух плетью?

- Ах, душка моя, Наташечка! Милее тебя нет никого на свете... Знаю, и я тебе люб. Но что ты в сердечке-то своем носишь - скажи!..

На пороге трактира Аскер предупредил Павла:

- Только не напиваться. Мы должны быть трезвыми.

Павел широко улыбнулся.

- Проходи, проходи, дружище! Или мы пьянчуги?! Водка - не наш брат. Будь мы выпивалы, управляющий Якобсон и механик Челман души не чаяли бы в нас. Пойми, для того чтобы сидеть за столом, мы должны заказать что-нибудь.