— Глупая девка, — говорит Камиль. — Замуж пора, а она на парней и глядеть не хочет. Ардашин сватался. «Зачем он мне?» — отвечает. «Как зачем? Муж есть муж». — «У него зубы кривые», — отвечает. «В зубы коню смотрят. Зачем ученому в зубы смотреть? Голову смотри. Зарплату смотри…»

Прозрачное строгое небо. Стынет в синеве рыжий березняк.

Кто это там с независимым, как бы незаинтересованным видом стоит у пустынной клумбы? Это Зульфия. Когда она успела переодеться в свое лучшее платье? — ведь работа только-только закончилась. Нет, нет, Зульфия вовсе не подкарауливает меня. Просто у нее такая привычка: прогуливаться после работы по тем же аллеям, что и я. Бывают странные совпадения.

Заметив меня, она улыбается, чуть подается вперед. В глазах озорной вызов: или сегодня, или никогда!

Но я не принимаю вызова. Слегка киваю и прохожу мимо. Значит, никогда. А жаль, жаль, профессор. Куда девать целый вечер? Скучно в надоевшем строгом городке. Поехать в Москву одной? Зачем?.. Мог бы заговорить. Спросить, например, как успехи. Пригласить в кино или в кафе. Разве Зульфия не самая красивая девушка во всем городке?.. Должно быть, профессор, у вас вместо сердца кусок Антарктиды…

Я помню другую осень, дождливую, недужную. Птицы улетели тогда как-то незаметно. Отяжелевшие дома упирались затылками в плотное серое пространство. И хотя тогда я был на целых пять лет моложе, но не испытывал такой легкости и бодрости, как сейчас…

В ту памятную осень многое случилось в моей жизни, хотя никто и не подозревал, что случилось многое. Всем казалось, что, собственно говоря, ничего особенного не произошло: вышла замуж девушка, которой я восемь лет покровительствовал. Это был долг перед ее покойным отцом, моим большим другом и учителем. Просто осталась сирота, и кто, кроме меня, мог позаботиться о ней?