Нодирджон, напротив, был влюблен в ремесло усто Акила. Если его посылали зя чем-нибудь к соседям, он исчезал надолго. Пока мать не подойдет к дувалу, разделявшему их дворы, и не начнет громко звать его, Нодирджон не отойдет от своего дядюшки усто… Мало того, он откуда-то натаскал в дом уйму всяких старых столярных инструментов: рубанков, топоров, теш, пил, долот разных размеров… Для своих младших братишек и соседских ребят Нодирджон с удовольствием мастерил разные стульчики, коньки и ходунки на колесиках.

Однажды дядюшка Абдурауф велел нарвать в саду полный поднос душистой майской черешни и отправился к усто Акилу. Во время беседы он высказал свою давнишнюю мечту о том, чтобы сосед взял Нодирджона в обучение.

— Мальчишка просто влюблен в ваше ремесло. Мне кажется, он и во сне орудует столярными инструментами, — произнес дядюшка Абдурауф просительным тоном.

Усто Акил ответил не сразу. Он долго размышлял, теребя черную густую бороду. Наконец, почесав нос и растерев морщинки на лбу, сказал:

— Ладно, только не торопитесь. Пусть начнутся каникулы, потом посмотрим.

Летом Нодирджон с месяц был в обучении у усто Акила.

Однажды вечером, вернувшись домой и не застав сына, дядюшка Абдурауф спросил о нем у жены.

— Он у моего брата. Наверное, скоро придет, — отвернувшись, ответила она.

— Что значит «наверное»? Почему ты насупила брови? — вскипел дядюшка Абдурауф.

Тогда жена рассказала, что случилось в тот день. Оказывается, усто Акил наказал Нодирджону отнести в соседний кишлак узелок с двумя десятками яиц и обменять их у одного человека на яйца другой, более крупной породы кур. Усто хотел подложить их своей наседке, которая в это время как раз должна была высиживать цыплят.