«Как же здесь здорово!» — подумал он.

Но тут у него мелькнула другая мысль, которая заставила его удивленно поднять брови.

«Все же, выходит, — сказал он себе, — дядя Мартины был прав…»

Вот уже целую неделю, со дня их приезда, Гюсту Лебер, дядя Мартины Девиль, не переставал твердить, что настоящий дождь выпадает у них за все лето только раз, а именно пятнадцатого августа! Причем — с грозой…

Мишель пытался спорить, доказывая, что не может гроза состояться в назначенный срок. Но дядя Гюсту, которого поддержала и тетя Жизель, упорно стоял на своем.

— Конечно, могут быть отклонения… Дней пять, — уточнил он. — Может, тринадцатого или четырнадцатого случится, а может, шестнадцатого или семнадцатого, даже восемнадцатого… Но что в десятых числах — это точно.

Волей-неволей сейчас приходилось признать, то он был прав. А вместе с ним — все жители Капдезака.

Некоторое время Мишель развлекался, подсчитывая, сколько секунд проходит между вспышкой молнии и раскатом грома. «…Десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать, четырнадцать… Четырнадцать умножить на триста сорок… Четыре с чем-то километра! Скоро мадам Девиль вздохнет с облегчением…»

Он представил, как мама Мартины лежит, укрывшись с головой одеялом, чтобы не видеть сполохов и не слышать раскатов грома. Гюсту Лебер постоянно подшучивал над сестрой, которая панически боялась грозы.

Снова блеснула ослепительно белая вспышка, а секунду осветив окрестности.

— Раз, два, три… — стал было считать Мишель.

И тут же остановился; сердце его сжала внезапная тревога. Глухой удар сотряс весь дом и даже, казалось, землю. Гром прогремел так близко, что Мишель, собственно, и не успел бы сосчитать более чем до трех.

— Всего километр!.. Ничего не понимаю… Не могла же гроза так быстро вернуться!

Словно подтверждая его правоту, молнии после этого стали снова сверкать вдалеке, а гром доносился лишь секунд через двадцать.