Все приумолкли и с любопытством ждали, когда она заговорит.

— Прошу застегнуть ремни на время взлета, — она смотрела на Хидашели и, казалось, говорила только для него.

Вдруг все тело самолета вздрогнуло и кабину заполнил оглушительный рев. Навстречу Левану с бешеной быстротой помчались огромные бетонные плиты взлетной дорожки. Скорость все увеличивалась, и уже нельзя было различить отдельные плиты, видны были только убегающие полосы.

Самолет незаметно оторвался от земли. Леван услыхал стон. Он обернулся. Толстое лицо соседа обильно покрыла испарина, он весь съежился в откинутом до отказа кресле. Леван понимающе улыбнулся и снова стал глядеть в окно.

ТУ-104 набрал высоту и делал большой прощальный круг над аэродромом. Солнечные лучи упали на крыло самолета, ослепили Левана. Он зажмурился, а когда снова поглядел вниз, то сквозь прозрачную голубую дымку едва разглядел на земле самолеты. Блестящие серебристые машины были похожи отсюда на рыб, плавающих вверх животами.

Скоро аэродром исчез. Поплыли сосновые леса, а потом потянулись широкие, бесконечные поля…

Мерный гул двигателей воцарился в кабине. Какой-то мужчина поднялся с кресла первого ряда и, покачиваясь, направился в хвост самолета. Леван невольно проводил его взглядом и заметил в третьем ряду от окна светловолосую девушку.

Девушка повернула голову. Глаза их неожиданно встретились. Она была хороша собой, и Леван принялся изучающе ее рассматривать. Девушка смущенно отвела глаза, поправила волосы. Под пристальным взглядом Левана она чувствовала себя беспокойно и через некоторое время оглянулась. На губах ее мелькнула еле заметная улыбка, по-видимому, внимание молодого человека доставляло ей удовольствие.

Рядом с девушкой было свободное место. Леван с надеждой поглядывал на него. Но девушка больше не оборачивалась. Она смотрела в окно. Вскоре какой-то парень принес боржоми и сел рядом с ней. Девушка пила воду и улыбалась…