«А впрочем, это не плохо, что организм еще способен так выключаться», — размышлял он на ходу.

Вспоминал вчерашний день. Много было приятного. Особенно рыбалка. Редко когда так повезет. А какое незабываемое ощущение oт дождя, который захватил их на лугу! А потом, как он готовил с хозяйками уху, пока мужчины ездили в деревню в лавку, и со смехом рассказывал им, как свалился в реку Кирилл Шикович. Женщины тоже смеялись..

В приемной уже ждали люди. Человек десять. Гукан поздоровался. Его сразу окружили.

— Товарищ председатель!;

— Семен Парфенович!

— Товарищ Гукан!

Он остановился посреди комнаты, высокий, выше самого рослого из посетителей. Снял габардиновую кепку, вытер сложенным вчетверо платком лоб и шею. Внимательно оглядел присутствующих, стараясь отгадать, кто с чем.

— Погодите. Можете считать меня бюрократом, кем угодно, но давайте сразу выясним взаимоотношения. Заявляю решительно: по квартирным вопросам не принимаю. В пятницу — милости просим.

— Я два месяца не могу к вам попасть! — раздраженно крикнула молодая женщина с бледным усталым лицом, в простеньком платье.

— Возможно, — спокойно согласился Гу-кан. — Дела и выезды дважды срывали мне приемный день. Принимали мои заместители.

— А я хочу к вам!

— Нэла, — обратился Гукан к секретарше, — была эта гражданка на приемах?

— Была.

— Запишите ее на пятницу первой в очередь. — И приветливо сказал женщине: — Жду вас ровно в девять.

Посетительница растерялась. Председатель отлично знал таких вот сердитых, которые приходят с явным намерением покричать, поскандалить, и умел успокоить или хотя бы умерить их воинственный пыл.

Женщина теперь не отходила от Нэлы, чтоб та не забыла записать ее первой.