— Здравствуйте, товарищ Николаев.

Она поздоровалась подчеркнуто уважительно, и у Же­ни любопытство дополнилось чувством неловкости. Николаев весело проговорил:

— Вон это кто разбойничает на большой дороге, свои, оказывается! А я уже испугался, решил, что попал в ла­пы чужих эскулапов, из другого района.

– Нечего пугаться,— задорно продолжала Ирина Михайловна.— Вы крепкий мужик, товарищ Николаев, на вас пахать можно.

–– Можно, конечно, можно,— согласился он.— А при плохой организации дела так даже нужно. Делаете при­вивки, важно и нужно, а регистрации никакой.

Женю заело — ишь, какой переход он себе позволил.

— Мы лучше потратим время на борьбу с болезнями, чем тратить его на канцелярщину, на всякую бумажную волокиту, Целина, к вашему сведению, это еще и новые человеческие взаимоотношения, без формализма, бюро­кратизма и всяких таких затей.

— Что ж, верно,— согласился Николаев.

— Рассказали бы нам, какие новости в районе,— по­просила Ирина Михайловна, намереваясь сменить тему.

— Приехала на уборку молодежь из Болгарии. На нас сейчас весь мир смотрит: быть целине или не быть? Есть и медицинские новости. В поселок доставили пода­рок Вильгельма Пика — передвижную зубоврачебную амбулаторию. В вагоне две комнаты, на прицепе своя электростанция. Отопление, освещение, рентген, радио. Очень уютно, очень удобно.

— Очень!— согласилась Ирина Михайловна.— А по­ка мы пешком целину меряем, голосуем, кто подбросит.

Машина вздрагивала, пофыркивала, как нерасседланный конь.

— Садитесь, подвезу.— Николаев теперь обращался только к Ирине Михайловне. На Женю он глянул мель­ком, будто они и не разговаривали раньше.

«Вредный,— подумала девушка.— Мстительный».

Медички уселись, и газик зарокотал, задрожал, будто собрался подняться на дыбы, наконец, тронулся, понесся. Под колесами закипела пыль.

–– Привила, значит,— успела шепнуть Ирина Михай­ловна.— Это же Николаев, секретарь райкома.