Асия глянула на него, смущенно улыбнулась, но руки не подала. Прижав к груди полотенце с мыльницей, отчего халатик еще более обтянул ее, она легко взбежала по трапу. Авдонин засеменил за нею, пытаясь заглянуть в лицо. Не удержался и провел короткопалой пятерней по ее плечу.

— Эй, не балуй! — И Асия скороговоркой бросила еще что-то неразборчивое.

— Что, что она сказала? По-своему ругнулась, что ли? — Авдонин растерянно хлопал глазами, обращаясь к Мартынычу.

— Кто его знает. По-ихнему вроде… старая обезьяна или старый черт, — сдерживая усмешку, лениво протянул шкипер.

— Ух ты! Стервочка! — скорее восхищенно, чем зло, выдохнул Авдонин и снова взгромоздился на чурбан.

— Так вот, значит. Я и говорю: осадка у вас не в пример нашей. Вроде бы еще можно болтаться тут, с большой оглядкой. А лучше уходить. Толкую, толкую вашей, доказываю. А толку?

К брандвахте причалила лодка. Из нее вылез Харитон с удочками, с нитяным частым садком, полным некрупной рыбешки.

— Вон, пожалуйста, рыбку ловите, — сразу же подхватил Авдонин. — Куда вам торопиться? От добра добра не ищут. А у меня вся душа изболелась. — Пощупал садок, вытер пальцы о поручень. — Что-то мелка больно! Или по себе выбирал?

— Рыбка мелка, да уха сладка, — ответил Харитон. — Ты небось по ночам-то сеточку ставишь. Вот и угостил бы крупненькой.

— Какую сеточку! — махнул рукой Авдонин. — С чего ты взял?

— Есть, есть у тебя, не прибедняйся. Уходишь, так хоть бы сеть оставил. Все в питании подспорье. А то как бы тут не оголодать.

— А что, сейчас же уйду, если вам здесь торчать охота, — раскипятился Авдонин, пропуская просьбу о сети мимо ушей. — Вот дождусь начальницу, не согласится со мной — тогда до свиданьица… Что-то долго она у вас спит.

— С тобой уснешь, — внезапно появилась в проходе Капитолина Тихоновна. — Давно уж слышу. Сначала двигатель чуть-чуть, а потом: бу-бу-бу… Что, думаю, такое? А это Авдонин-свет на судьбу жалуется, пускает слезу. Давай-ка без нытья, поговорим как мужчина с мужчиной.