— У нас тут не больно навеличивают друг друга. Все больше по одним именам или отчествам. Не канцелярия. Вы уж позвольте мне называть вас просто Виктором. Привыкла я. Вод Журавлева — все Веня да Веня. Да и, как ни крути, в матери вам гожусь.

И тут Капитолина Тихоновна, рассеянно смотревшая поверх Витькиной головы, вдруг глянула прямо в глаза ему, глянула открыто, и во взгляде ее Мелькнуло что-то действительно материнское — затаенное, грустно-ласковое…

Чему научился Виктор за годы флотской службы и училищной жизни, так это устраиваться на новых местах, легко обживать любой угол. Для этого достаточно было койки да тумбочки, ну и, как говорится, чтоб сверху не капало. Он быстро разобрал чемодан, переоделся в сухое и вернулся в чертежку.

— Устроились? — встретила его Капитолина Тихоновна. — Вот и хорошо. Что ж, мальчики, займемся делом. — Она прислушалась на миг к стрекоту движка на корме. — А то вон шкипер уже запустил электростанцию. Боится пропустить очередную серию кинофильма. Да и нам не грех потешиться напоследок домашним кино. Скоро захочешь, да не посмотришь. В тех-то краях… Мало нас, конечно, да и не все в тельняшках, — она тут же погасила улыбку, — раскачиваться и длинные речи говорить некогда и нет смысла. Поэтому давайте по-деловому, по-походному.

Начальница опять держала «беломорину» между пальцев и, разговаривая, по-прежнему лишь изредка поглядывала на ребят, все косила в сторону, на залитое дождем оконное стекло.

— У нас теперь четыре комсомольца и один коммунист. Комсомольская организация техучастка далеко, да теперь мы сами с усами. Посему собрание считаю открытым. Уж позвольте великодушно вести его мне. Пиши, Люба. Протокол номер один собрания партийно-комсомольской группы изыскательской партии номер пять. Повестка дня: первое — выборы групкомсорга, второе — задачи коллектива на ближайшее время. Комсоргом предлагаю избрать техника-чертежника Серову. Нет возражений?