«А тот-то, козел, наверное, всю ночь не спал, — подумал Гена. — Боится небось…»
Сказать, что сам Гена не волновался, было бы неправдой. Но он все-таки даже самому себе казался парнем неплохим и понимал, что в моральном плане права его шатки: подумаешь, тушенки послал два раза!.. И за это наследство? Пусть уж этот Наймушин в грязной шапке получает, черт с ним!..
2
В девять часов утра Гена и Наймушин подошли к районной гострудсберкассе.
— Я тебя тут обожду, — сказал Наймушин. — А ты иди оформляй.
Гена ступил на гулкое от мороза крыльцо и открыл дверь.
— Привет, девушки! — сказал он. — Мне тут получить… Одна из сотрудниц сберкассы, самая молодая, повернулась к Гене и сказала радостно:
— Ой, Гена!.. Вы уже приехали?
Он таращил на нее глаза.
— Геночка, вы что, забыли меня? А ведь это нехорошо!
— Вспомнил, — сказал Гена. — Вы Маргарита, кажется?
В нем вдруг гулко заговорила совесть: ведь за этой самой девицей он очень здорово приударял, когда жил в соседстве, на квартире у покойной Матрены Яковлевны. Маргарита ему и в воинскую часть писала, но вот почему он бросил ей отвечать, убей на месте, Гена сейчас не помнил. Правда, она-то тогда была еще школьница, десятиклассница…
Сейчас просто необходимо было сказать этой Маргарите коть парочку хороших слов. Но Гена находился в каком-то обалдении. Однако по всему было видно, что Маргарита на него большого зла не держала.
— Я знаю, зачем вы приехали, — быстро сказала она. — Погодите минуточку!
Она проскользнула за перегородку и появилась оттуда в сопровождении заведующей сберкассой.
— Да, на ваше имя имеется завещание, — сказала та. Часто те должностные лица, которые выплачивают деньги, делают это почему-то не очень охотно, словно от себя отрывают. Но эта заведующая как будто была полна готовности тотчас выложить деньги на бочку.