— А ничего нам не будет?..

— Откуда будет? — засмеялся он. — Я обратно её положу, куда мама спрятала, никто не узнает!..

В своём дворе Кристеп повёл меня в сарай, к большому сундуку, который стоял в тёмном углу, и с самого низа вытащил малокалиберку; она была спрятана под мохнатой медвежьей шкурой.

— Это мама… боится… — сказал он. — Идём! На протоку, туда, где весной я рыбачил с отцом.

— Пойдём, пойдём! — обрадовался я. — В тайге живу, а настоящей тайги ещё ни разу не видал. То в машине мчался, то на борту парохода стоял, и тайга проплывала мимо меня.

Мы хотели позвать с собой Сольджута, он бы нам помог: недаром же его зовут «находящий по следу». Но Сольджута нигде не было. Должно быть, он тоже к товарищам побежал.

Винтовку нёс Кристеп дулом вниз. Так носят её охотники, чтобы не задевать за ветки. А нам тоже было так удобнее: винтовка меньше бросается в глаза, никто нас не остановит, не спросит, где мы взяли оружие и куда направляемся… Пройти незамеченными нам всё же не удалось. Сзади внезапно раздался крик:

— Мальчики! Мальчики! Постойте!

Кристеп сжался, но не обернулся, продолжал идти и спросил у меня:

— Бежим?

— Постой! Голос вроде знакомый…

— Же-е-еня-а! По-до-жди-и!.. Кри-ис-те-еп!..

— Да это же Олька! — Я остановился и посмотрел назад.

— Она? — спросил Кристеп.

— Ну да… Откуда только вывернулась!

Мы стояли и смотрели, как она бежит к нам по улице, по той самой, где недавно другая девчонка гонялась за непослушным телком.

Кристеп стоял к Оле боком и, когда она подбежала, старался не шевелиться — может быть, не заметит винтовку.

— Вот хорошо, что я вас увидела! — заговорила она, ещё не успев отдышаться. — Я ведь тоже в кино не пошла — продала свой билет. А вы куда? Чего хотите делать?

— Да ничего, гуляем, — ответил я.