- Чем быстрей, тем лучше.

- Приезжайте прямо сейчас. Адрес знаете?

- Знаю.

- Я предупрежу охрану.

- Я буду через полчаса.

- Жду.

Вдова повесила трубку.

* * *

Квартира Кривопаловых располагалась в одном из домов, построенных в последнее время на тихих улочках центра города специально для очень состоятельных людей. Крылов знал, что стоимость квартир в таком доме очень высока, но видеть своими глазами, что они из себя представляют, ему еще не доводилось.

Сидящий в подъезде охранник читал "Экспресс-газету". При появлении Крылова он нехотя оторвался от чтения и вопросительно посмотрел на визитера.

- Я к Кривопаловой, - коротко бросил ему на ходу Крылов, направляясь к лифту по ковровой дорожке.

- Простите, как ваша фамилия? - спросил охранник, вставая со стула.

- Крылов.

- Четвертый этаж, - лаконично проинформировал его успокоенный страж, возвращаясь к чтению.

На четвертом этаже было всего две квартиры. Крылов подошел к той, на которой красовался нужный ему номер, и нажал на кнопку звонка.

Юлия Тарасовна Кривопалова была очень хороша собой. Он понимал, что пятидесятитрехлетние богачи, как правило, не женятся на дурнушках, но то, что он увидел, превзошло все его ожидания. Первое, что он заметил, после того как дверь открылась, это большие зеленые глаза, время от времени скрывавшиеся за опахалами длинных ресниц. Мгновением позже он понял, что глаза являются составной частью красивого, чуть скуластого лица, обрамленного густыми темно-каштановыми, слегка вьющимися волосами.

Пухлые ярко-красные губы безупречной формы разошлись в приветливой улыбке и явили миру набор белоснежных, влажно блеснувших зубов.

Длинный мягкий шерстяной джемпер с глубоким вырезом, надетый, как показалось Крылову, прямо на голое тело, позволял любоваться верхней частью глубокого ущелья, являющегося неотъемлемой частью великолепного горного пейзажа под названием "бюст". Джемпер, как ни длинен он был, все же далеко не достигал колен. И то, что он оставлял открытым, сделало бы честь любой звезде кордебалета. На ногах Юлии Тарасовны были мягкие домашние туфельки, опушенные заячьим мехом. В целом весь ее туалет наводил на мысль о тщательно продуманной небрежности.