Саша остановился как зачарованный. Конь действительно был на диво. Сказочный сивка-бурка. Гордо подняв голову с черной гривой, нетерпеливо поглядывая на мальчиков огненными глазами, Ураган перебирал тонкими, с белыми отметинами ногами и, будто давая любоваться собой, с тихим ржанием повертывался то могучей грудью, то стройным лоснящимся боком цвета вороньего крыла.
– Ураган! Ураганчик! – восторженно твердил Сережка.
Саша с изумлением смотрел на товарища.
В школе считали, что Сережка лентяй, лежебока и плохой ученик, ничем не интересуется, а оказывается, он вот какой!
– Степану помогаешь? – спросил Саша.
– Помогаю. Ураган на моих руках…
Сережка отодвинул деревянный засов, вошел в конюшню.
– Ты не входи, – небрежно сказал он, – еще лягнет.
Саша остался за решеткой и попытался протянуть руку через решетку и дотронуться до гордых и тонких трепещущих ноздрей Урагана. Но конь взмахнул головой и не принял Сашиной ласки.
Зато, как только подошел Сережка, конь спокойно положил голову на его плечо.
– Вот школу кончу – и сюда, уже договорился, – не шевелясь, сказал Сережка.
Ураган поднял голову, как бы считая, что достаточно наградил мальчика своим вниманием.
Сережка достал из кармана кусок сахара и на ладони протянул Урагану. Тот осторожно забрал сахар губами.
Сережка, провожая Сашу за деревню, нарочно свернул окольными путями к поляне, где пасся Степанов табун. Там его и оставил Саша. На Сережку он возлагал теперь большие надежды. Характером тот обладал настойчивым, к ребятам подход имел – ему и Ласкину сговориться друг с другом было вполне возможно.
Первый поцелуй
Немало слез пролила Стеша с тех пор, как Людмила Николаевна запретила Саше бывать у них. Можно было, конечно, протестовать, поговорить с отцом, который обо всем этом не знал, но Стеша молчала, стесняясь открыть отцу свои чувства.
Она видела, как оскорбил Сашу этот поступок Людмилы Николаевны, и ей казалось, что, будь Саша другим, он мог бы возненавидеть ее, Стешу. Чтобы как-то утешить его и выразить ему свое сочувствие и горе, она несколько раз писала ему записки. Писала и рвала: