Он заулыбался, но покачал головой:

— Оля, я не пойду.

— Ну тогда и я не пойду, — заявила я.

— Слишком быстро тебе со мной наскучит. Думаю, все остальные секреты я оставлю при себе.

— Пусть наскучит, — согласилась я. — На свете есть два типа людей: несчастные, которые живут хорошо, и счастливые, которые живут плохо.

Гелий перебил:

— Ен ла мондон венис нова сенто…

— Значит, — продолжала я, — то, что хорошо — это плохо, а то, что плохо — это хорошо.

— Тра ла мондон ирас форто воко…

— Поэтому, когда мне скучно, — это хорошо…

В конце концов Гелий не выдержал, захлопнул книгу и поинтересовался:

— Зачем ты выворачиваешь наизнанку мои истины?

— Хочу посмотреть, что они представляют собой изнутри, — сострила я. — Понимаешь ты или нет, что мне кроме тебя никто ничего подобного не расскажет? Жалко тебе, что ли?

— Ох и навязалась ты на мою голову, — ответил он и пошел сдавать книжку.

Потом он спрашивал:

— Ты знаешь закон: как хочешь, чтобы поступали с тобой, поступай с другими?

— Слышала.

— Как, по-твоему, он действует? Приведи пример.

— Ты говоришь кому-то: «Привет», — предположила я. — Он отвечает: «Привет». А если ты обзываешь его, слышишь: «Сам такой».

— Ладно, — кивнул Гелий. — Теперь скажи, когда человек относится к тебе с презреньем, это чувствуется? Если он вообще ничего не говорит?

— Ну… пожалуй, чувствуется, — согласилась я. — А почему так?

— Потому что мысли и эмоции материальны, — заявил Гелий. — И ты ощущаешь их и воспринимаешь. Некоторые умеют делать это очень хорошо. Я говорю о телепатах. Только мысли состоят из особой материи, более тонкой.

— И что же дальше?

— Мысли окружают человека, создают ему оболочку. А одноименные мысли притягиваются. Это значит, что в жизни человек чаще встречается со сходными ему людьми: злой — со злыми, добрый — с добрыми, веселый — с веселыми.