Маршрут у меня был причудливым. С тремя пересадками, ночевкой в аэропорту и долгими-долгими муторными перелетами. Зато выходило почти в полтора раза дешевле, чем прямой рейс.

Совсем ночью, пролетев в полной темноте над священными городами Меккой и Мединой, самолет приземлился в Дубае. Документы у входа в аэропорт проверял чернокожий пограничник. Форма у него была очень красивая: темно-синий мундир с аксельбантами плюс ботинки ослепительного красного цвета.

Стыковка была не самая удачная: в аэропорту мне предстояло провести всю ночь – больше восьми часов. Я погулял по бесконечным залам. Сесть было негде. Рюкзак обрывал плечо. В самом дальнем уголке аэропорта я отыскал место потише, лег за креслами прямо на пол и тут же уснул.

Несколько раз я просыпался и переворачивался на другой бок. Лежать на жестком полу было неудобно. Во сне я инстинктивно трогал нагрудный карман, в котором лежали телефон и паспорт. Уже под утро мне приснилась девочка-школьница, с которой когда-то я впервые в жизни попробовал поцеловаться. Я снова был тинейджером и, неудобно изогнувшись, лежал рядом с ней на чужом диване. Волосы девочки снова невыносимо пахли чем-то горьким.

Дело происходило дома у нашего общего приятеля. Ее и моего одноклассника. Утром парень позвонил и пригласил заглянуть в гости. У каких-то незнакомых мне меломанов он раздобыл магнитофонную кассету с модной музыкой и звал послушать. А зачем к нему зашла та девочка с подружкой, я не знаю. Звали ее Юля. Уже тогда она носила такую клетчатую юбочку, как пятнадцать лет спустя станут носить девушки из группы «Тату». В школе она сидела на три парты впереди меня.