Прибежала Бина и захохотала вместе с мужем. А что смешного? Я разозлилась.

Вдруг мистер Джефферсон, хранивший доселе молчание, ткнул пальцем в мою сторону и сказал:

— Возьмём Мини на охоту! Девочка умная, в два счёта всему научится.

— Может, и умная, но делать ей там нечего. Охотница! Ей и мухи не убить! — возразила Бина.

Я не особенно вникала в их спор. Мне и так было ясно, что брать меня не хотят, что эти разговорчики — для отвода глаз. Я им прямо сказала:

— Не желаю глупости выслушивать. Джилл вот женщина, а её берут.

Джилл — жена Джека, они овчарки-колли, собаки такие. Джилл, свернувшись, лежала у ног Джамаи, а когда услышала своё имя, скосила в мою сторону глаза.

«Не впутывай меня в это дело», — явно хотела сказать Джилл.

И Джек моргнул сонными своими глазами, будто поддержал Джилл: «Это ты от зависти!»

Джамаи-бабу придумывал всё новые отговорки, а мистер Джефферсон решительно принял мою сторону и уверял, что на охоте от меня вреда не будет.

— Не в такой уж глухой лес мы едем, — сказал он. — Там не опасно.

Я вконец расстроилась.

— Ну почему же не в глухой, раз уж собрались, — взмолилась я.

Но Бина прикрикнула на меня, а потом как-то застенчиво сообщила, что она тоже поедет.

Джамаи так вскинулся, что Джек подумал, будто его хозяину грозит беда, и громко залаял.

Но дело кончилось хорошо. Мы едем на охоту всей компанией, и уже несколько дней подряд соседи завистливо наблюдают за нашими шумными сборами.

2

Скоро может начаться война — об этом все говорят. Но пока никакой войны нет, есть только тяжело гружённые машины, которые каждую ночь идут по широкой дороге через Мандала́й к китайской границе. Известно, что на грузовиках везут военное снаряжение. Каждую ночь мы просыпаемся от грохота. Дрожит земля под тяжеленными колёсами, дребезжат все доски нашего дома. Только доски затихнут, накатывает новая колонна — и так до утра.