Все это Колин выпалил, стоя на месте, но Мэри продолжала идти. Он вприпрыжку догнал ее.

– Может, и на третий день, – произнесла она так, словно говорила сама с собой, – но мы были именно здесь.

Она показала на дверной проем, расположенный в нескольких шагах впереди, и, будто вызванная из тьмы, в пятно света уличного фонаря вышел коренастый мужчина и остановился, преградив им путь.

– Ну смотри, что ты натворила! – пошутил Колин, и Мэри рассмеялась.

Мужчина тоже засмеялся и протянул руку.

– Вы туристы? – смущенно спросил он на правильном английском и тут же, просияв, сам и ответил: – Ну конечно, туристы!

Мэри остановилась прямо перед ним.

– Мы ищем место, где можно купить что-нибудь поесть, – сказала она.

Колин тем временем двинулся дальше, пытаясь обойти незнакомца.

– Между прочим, мы не обязаны объясняться, – буркнул он, обращаясь к Мэри.

Как раз когда он это говорил, мужчина дружески схватил его за запястье и попытался взять за руку Мэри. Та скрестила руки на груди и улыбнулась.

– Уже очень поздно, – сказал мужчина. – В этой стороне ничего нет, но вон там я могу показать вам одно заведение, очень хорошее.

Он ухмыльнулся и кивком показал туда, откуда они пришли.

Мужчина был ниже ростом Колина, но обладал необычайно длинными, сильными руками. Кисти рук тоже были большие, покрытые с тыльных сторон спутанными волосами. На нем была приталенная черная рубашка из тонкой искусственной ткани, расстегнутая почти до пояса. На шее висело на цепочке золотое украшение в виде бритвенного лезвия, которое чуть заметно приподнималось на густых зарослях волос, покрывавших грудь. На плече висел фотоаппарат. Узкая улочка наполнилась терпким до одури ароматом лосьона после бритья.

– Послушайте, – сказал Колин, пытаясь высвободить руку и не показаться при этом несдержанным, – мы знаем, что здесь есть одно заведение.