— Быстренько скажи ещё раз «Прекрасная Сабрина», пока я буду смотреть.

— Ой, Мэйвис, это… это получилось! Там действительно что-то есть. Взгляни!

— Где? — спросила Мэйвис. — Я не вижу… о, ну дай же посмотреть!

— МЭЙВИС! — воззвала тётя Энид, теперь уже и в самом деле громко; Мэйвис пришлось оторваться от созерцания аквариума.

— Мне пора, — сказала она. — Не беда, завтра снова посмотрим. Ох, Фрэнс, если это… волшебство… ну, то есть… вот что я тебе скажу…

Но она так и не сказала, что именно собиралась сказать, потому что в комнату нетерпеливым вихрем влетела тетя Энид, и, затушив мимоходом все четыре свечи, вылетела, увлекая Мэйвис за собой. В дверях она обернулась и бросила:

— Спокойной ночи, Фрэнсис. Твоя очередь принимать ванну. Хорошенько вымой за ушами… Утром у нас будет слишком мало времени.

— Но Мэйвис всегда моется первой, — возразил мальчик. — Я самый старший!

— Ради всего святого, не смей спорить, дитя! — отрезала тётя Энид. — Мэйвис сегодня умывается в тазике в моей спальне, чтобы сэкономить время. Ступай… и чтобы никаких проделок, — она остановилась у двери. — Я хочу видеть, как ты идешь. Развернись — шагом марш!

Пришлось.

Если уж начинать муштру, надо хоть поучиться командовать правильно — «Кругом»! — размышлял он, сражаясь с пуговицами воротника в наполненной паром ванной. — Ну, ничего! Встану рано утром и погляжу, нельзя ли увидеть это ещё раз.

Так он и сделал… но, как бы рано он ни встал, тетя Энид и слуги встали ещё раньше. Аквариум был пуст — чисто вымытый, сверкающий и совершенно пустой.

Тетя Энид никак не могла понять, почему это Фрэнсис так мало ест за завтраком.

— Что она сделала со всем? — поинтересовался он позже.

— Я знаю, — Медленно ответил Бернард. — Она велела Эстер бросить всё в кухонный очаг… Я едва успел спасти свою рыбку.