— Ты же ведь не думал всерьёз, что мы можем найти русалку? — спросила Мэйвис и рассмеялась, даже несмотря на то, что была очень раздосадована тем, что Фрэнсис вымок и прервал захватывающую утреннюю игру. Но Мэйвис была замечательной сестрой.

— Глупая была идея. Плюхаться в этой заводи, разговаривая и дурачась, носясь туда‑сюда. Нам следовало прийти сюда в полночь и тихонько с предельно серьёзным видом сказать:

Услышь меня,

Прекрасная Сабрина…

— Ой! Подожди… Что‑то коснулось моей ноги!

Мэйвис остановилась и схватила брата за руку, помогая ему устоять. В этот же момент они ясно услышали голос, который явно не принадлежал ни одному из них. Это был самый сладкозвучный голос, который они когда‑либо слышали:

— Спасите её. Мы погибаем в неволе.

Фрэнсис глянул вниз: в воде мелькнуло что‑то бело‑коричневое с зелёным и скользнуло под камень, на котором стояла Мэйвис. Ощущение, что кто‑то держит его за ногу, исчезло.

— Ну и ну, ты это слышала? — переводя дыхание, удивлённо спросил он.

— Конечно, слышала, — ответила сестра.

— Нам же не могло показаться сразу обоим, — заметил Фрэнсис. — Хорошо бы оно ещё сказало кого, где и как спасти.

— Как думаешь, что это было? — тихо спросила Мэйвис.

— Русалка, кто же ещё! — уверенно ответил Фрэнс.

— Значит, действительно начинается волшебство… — пробормотала Мэйвис.

— В русалках не больше магии, чем в летающих рыбах или жирафах, — отозвался Фрэнсис.

— Но она же пришла, когда ты произнёс строчки из стишка про Сабрину! — возразила Мэйвис.

— Сабрина не русалка, — твёрдо возразил Фрэнсис, не пытайся совместить несовместимое. Пошли, нам надо как можно скорее добраться до дома.

— Разве она не может ею быть? — не унималась Мэйвис. — Я имею в виду русалкой. Как лосось, который может жить и в реках и в море.