А на «чёрную хату» я бы и не клюнул. Как жить в ней потом? Это же дом с привидениями какой-то, с ума сойдёшь, представляя, где сейчас, в этот момент тот человек, которого для меня отсюда попёрли, из его собственного дома… Мы, бывшие советские, знаешь ли, совестливые не в меру. Может, это теперь и ни к чему, но куда это деть, если оно в крови? Так-то, брат. (помолчали) А вообще, это долгий процесс? Наверное, оформления там, розыски квартиры, Бог весть ещё что…

– Да, суеты много,- он явно хотел предложить свои услуги, но перед дядей не решался открыться, что хочет подзаработать.

– Александр, а не хочешь ли ты подзаработать?

Глазки заблестели, но Александр держал себя в руках.

Наверное, мечтал в этот момент о плеере. Или «видике». Или о чём они сейчас мечтают? О MP3-плеере и DVD-проигрывателе. Тоже самое, но уменьшенное в размерах.

– Дядь Тим, вам нужна квартира, и вы мне предлагаете всё устроить, я правильно вас понял?

– Понятней некуда, малыш. Твои пять процентов от суммы сделки, за суету.

– Ну, пять это вы загнули, хотя, конечно спасибо. Хватит трёх процентов. Родных не обдирают.

– Спасибо. Настаивать не буду. Тебе видней. Три так три. Что тебе для всего этого нужно?

Юноша ненадолго задумался, потом начал загибать пальцы, считая.

– Знать: в каком районе, на каком этаже, дальше – скорее всего, именно вас будет интересовать вид из окна, это – три, сколько комнат, и последнее – сколько у нас на всё это денег?

Теодору понравилось это «у нас». Юнец брался за дело основательно, сразу видно – потомок теодоровского старшего брата, тот такой же скрупулёзный и фундаментальный. Они стали придумывать, какой должна быть квартира дядюшки-художника.

Сколько комнат, и какой вид из окна. Как какой вид? Конечно – на море, а как же иначе? Иначе в портовом городе – никак, иначе можно ехать в деревню или любую другую дыру. Зачем тогда жить у моря? Это ничего, что тут в дворницкой у Теодора нет вида из окна на море, но в его собственном доме – вид обязан быть. Сколько комнат… тут у Теодора одна и всё в ней помещается…