Счастливые времена!

Розмари была совершенно свободна и независима в своих мечтах. Стоило только погрузиться в них — проблемы немедленно отступали. Позже ситуация изменилась.

Розмари подросла — пришла пора настоящей влюбленности. Принц стал воплощаться в реальных мужчин.

Она поочередно влюблялась в тренера по теннису, преподавателя истории, молодого садовника и пожилого председателя попечительского совета — настоящего лорда, отставного британского адмирала.

К счастью, перечень мужчин, которые в разное время попались ей на глаза в стенах Школы, на этом был почти исчерпан.

Иначе страдания Розмари были бы много необъятнее и глубже.

Но и этого хватало с лихвой.

Каждая новая любовь обрекала трепетную душу на жестокие муки.

Любовь, разумеется, всегда оказывалась неразделенной.

Предмет даже не подозревал о том, какую бурю чувств разбудил своим неосторожным появлением в душе замкнутой толстухи. А далее неизбежно следовали все обязательные составляющие этой самой — будь она тысячу раз неладна! — неразделенной любви. Тоска. Отчаяние. Ревность.

Розмари ненавидела весь окружающий мир, потому что каждую минуту в нем могла материализоваться ее соперница. Супруга почтенного адмирала — маленькая, сухонькая старушка в кокетливых шляпках — в счет не бралась.

Розмари презирала себя — глупую, неуклюжую гусыню, неспособную бороться за свое счастье. И потому — недостойную его.

Мечты больше ее не спасали.

Принц был рядом, И стало быть, времени на то, чтобы превратиться в прекрасную принцессу, не оставалось. Розмари отчаянно страдала. Но продолжала влюбляться, исповедуясь в своих чувствах только сафьяновому дневнику. Ему было доверено много такого, о чем не знала даже верная Тиша.

К примеру, Розмари никогда не решилась бы обсуждать с целомудренной подругой физическую сторону любви.