Люди начали вооружаться, однако лошади, , немного отдохнув, решили пойти на новый штурм крепости.

Ему предшествовала внезапно наступившая тишина. Со стен крепости было видно: на ипподроме собирается несметное войско. Лошади строились в боевой порядок не один час, ибо, когда казалось, что все готово, кто-либо из них с громким ржанием неожиданно взбрыкивался и тем самым нарушал стройность рядов.

Солнце уже садилось, когда началась первая атака. Это была, если можно так выразиться, не более чем демонстрация, так как лошади только пробегали мимо крепости. Защитники не преминули осыпать их стрелами.

Отбежав в дальний конец города, лошади бросились на штурм вторично, и теперь их натиск был страшен. Крепость задрожала от ударов стольких копыт, и толстые стены, выложенные в дорическом стиле, покрылись трещиршми.

Наконец поток атакующих отхлынул, но тотчас же началась новая атака.

Главной ударной силой были подкованные лошади и мулы; они падали дюжинами, но ряды лошадей тотчас же смыкались, и они продолжали штурмовать упрямо и яростно, пыл их не остывал. Хуже всего было то, что некоторые из лошадей ухитрились накинуть на себя боевые доспехи и стрелы оборонявшихся застревали в кольчугах. На многих лошадях были попоны из дорогих ковров, а у иных на шее хомуты; при всей своей ярости они время от времени радостно взбрыкивали, как резвящиеся дети.

Защитники крепости узнавали своих лошадей. Динос, Аэтон, Аметей, Ксанф — прославленные в древности конские имена! И кони радостно ржали, приветствуя хозяев, но тут же бросались в яростную атаку. Один из скакунов, несомненно предводитель, встал на дыбы и гордо прошелся на задних ногах, будто исполняя воинственный танец, со змеиной грацией выгибая шею, — пока в грудь ему не вонзился дротик…