— Что, едем уже, товарищ капитан?

— Сейчас, только Ивенкова дождемся.

От того, что ситниковского ординарца еще нет, Артем успокоился.

Лезть на мокрую броню не хотелось, и он остался внизу. Ожидая Ивенкова, стал обивать сапоги о колесо, до последнего оттягивая момент, когда придется снять перчатки, схватиться рукой за мокрый поручень и вскарабкаться на осклизлый БТР, холодный даже на вид.

Артем пару раз стукнул прикладом по броне:

— Эй, водила!

— Че? — Незнакомый чумазый механик-водитель высунулся из люка, недружелюбно посмотрел на Артема.

— Хвост через плечо. Дай под задницу чего-нибудь, а то броня мокрая.

Водила нырнул в люк, завозился там. Через минуту из люка вылетела засаленная подушка, прокатилась по броне и упала прямо Артему под ноги, в небольшую лужицу. Артем выматерился. Двумя пальцами брезгливо поднял подушку и попробовал вытереть её о борт. Глина на подушке размазалась. Он снова выругался и закинул её обратно на машину.

Из палатки галопом выскочил Ивенков, и выпучив глаза, побежал к ним. В каждой руке он волочил по "Шмелю" и по две "Мухи", которые били его по ногам. Артем скинул перчатку, быстро залез на бэтэр, принял у Ивенкова «Шмели», «Мухи», рацию, протянул ему руку и они спиной к спине плюхнулись на грязную подушку.

— Поехали! — сказал Ситников, и водила, дернув БТР, повел его по направлению к Алхан-Юрту.

Дождь усилился. Бэтэр, натужно ревя двигателем, полз по метровой разъезженной колее. Грязь из-под колес килограммовыми комьями фонтанировала в низкое небо, шлепалась на броню, летела за шиворот, в лицо. Больше всего попадало на шедшую впритык за ними машину девятой роты, и Артем улыбнулся, глядя, как пехота материт дурака-водителя. Потом водиле настучали по шапке, и он отстал.

Катающаяся по броне каска стукнула Артема по бедру. Он поймал её, вылил скопившуюся дождевую воду и надел: хоть шапка чистой останется.