— А как же! Хе-хе. И мандаграмма на ем — «А.М.». Желаете, мин херц, посмотреть?

— Делать мне не хрена! Докладывай.

Меншиков торжественно раскрыл папку и наморщился:

— Читаю!.. За истёкшее время мною, Светлейшим князем Меншиковым, понаделано полезных делов премного. — Меншиков поглядел на царя. — Продолжаю… Айнц! Купцу Филимонову было приказано поставить для войска сорок тыш порток. Филимонов, мошенник, портки не поставил.

Царь вскинулся:

— Высечь кнутом и — в Сибирь!

— Будьте спокойны, мин херц. Уже исполнено. Мы ему, вору, ишо и ноздри повырывали… Так я продолжаю. Цвайн! По моему приказу соглядатаем Гришкою Косым учинено дознание за дворянскими домами — в коих из них не утруждаются кофий кушать согласно царской воле. Вот, мин херц, списочек кто не пьёт. Я положу на кресло… Пепендикулярно с ентим, Гришкою Косым обнаружено, что князь Мордасов бороду, согласно твоего, мин херц, приказу, сбрил токмо для отводу глаз. А сам, двурушник, шастает по дому в накладной бороде на гуттаперчивой резинке, за ухи её подвязывая. Бунтует… Подвесили изменщика на дыбу. Пусть маленько повисит… Драй! На прошлой ассамблее с греческой колонны в Эрмитаже упал мраморный купидон и зашиб княгиню Креслову. Княгиню похоронили, купидона заташшили на место. Фир! Лефорт вторую неделю в запое. Фюнф! Мною, Светлейшим князем Меншиковым, произведён сговор с голландцами об обмене рыбы на рыжики. Рыбу будут слать из Амсердаму, а мы им — рыжики. Сговор сей сулит большие выгоды для царя и государства Российского! Числа писано такого-то. Подпись — князь Меншиков. — Меншиков захлопнул папку.

— Изрядно, — похвалил царь.

— Не ради себя, мин херц, стараюсь. Заради славы Российской империи!.. Ишо, мин херц, имею я донесение без протокольных церемониев… Я, разумею, что вам про это знать неприятно… да токмо смолчать я не могу. Хучь и себе во вред, а скажу. Потому как знаешь ты мою к тебе верность и честность.

— Ну, — царь нахмурился.