— И-я, и-я. Зих-зих!

— И-я, и-я! Заладил, как какадун! У меня, знаешь, какая печаль—кручина?..Царь таперича с арапами якшается, а к Меншикову — нуль антиресу! Всё для них для ефиопов… А Меншикова забыл! Меншиков ему не нужен стал! Шляпу мою порубать дозволил! — Меншиков всхлипнул. — А ишо Занзибал едва мне палец не откусил! И хучь бы ему что! Попробовал бы меня кто ишо за палец кусануть — я б ему показал! Он бы у меня покусался!.. Что, не веришь?! А ну-кось попробуй! — Меншиков протянул послу руку. — Попробуй, попробуй укуси!

— Нихт.

— Что, спужался? И правильно. Я б тебе тогда! Я б тебя ентим графином так по башке бы перетянул! А потом ишо вот ентим бы блюдом добавил. На вот, подержи. Чуешь, тяжёлое блюдо?!

— Зеер гуут!

— Во-во! Зеер гуд, зеер гуд, пока блюдом не забьют! Давай выпьем, раз ты такой понятливый, наблюдешарф… А где рыжики?.. Где рыжики, чурбан?.. Куда ты дел грибы?! Тут блюдо стояло! С рыжиками! Ты взял?

— Яволь. Яволь.

— … Я про блюдо говорил?

— Зеер гуут. Яволь.

— Ну на, сукин сын! — Меншиков ударил графином посла по голове.

Посол упал со стула на пол.

Меншиков, не спеша, поднялся из-за стола, подошёл к голландцу и добавил сверху блюдом.

ГЛАВА 3

АЙНЦ, ЦВАЙН, ДРАЙ…

Вот приходит Меншиков к царю. Под мышкой папка с государственными бумагами.

— Гутен морген, мин херц!

— Ты, Алексашка? С чем пришёл?

— С докладом, мин херц.

— Бумагу, хе-хе, расходуешь?

— Хе-хе. Да уж не хуже прочих.

— Неужли?! А может ты и носовой платок завёл сопли вытирать? Хе-хе!