– Это ты с кем? – спросил Евгений, подходя к стене с фотографией.

– Где? А-а, это я в Копенгагене на пушном аукционе с одним из афганских поставщиков, Шамимом Сабзоем. Как раз из его каракуля мы и сшили нынешнюю коллекцию. Я очень ею доволен.

Ощущая смутное беспокойство, Евгений пристально вглядывался в фотографию. Что-то в лице стоящего рядом с Алексеем мужчины было ему очень знакомо.

«Может быть, мы где-то с ним сталкивались по делам? Эти глаза…» – думал он. И тут память вдруг выдала ответ – эти глаза были не из мира бизнеса, а совсем из другого мира – мира войны…

Уже предчувствуя ответ Алексея, Евгений спросил его:

– У твоего поставщика какие-то проблемы с ногами?

– Откуда ты знаешь? – удивился Буйнов. – Да, он ходит медленно и с тростью, наверное, у него, действительно, какое-то заболевание ног…

Удовлетворенно кивнув, Евгений сказал:

– У него их просто нет… – и взяв из рук Алексея рюмку с коньяком, выпил ее залпом и опустился в кресло.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Буйнов, непонимающе глядя на Евгения.

– Что у твоего поставщика нет ног, – ответил Евгений.

– Откуда ты знаешь? – опешил Буйнов. – На фотографии этого же не видно…

– Видишь ли, Леша, мы с ним уже встречались…

– Когда, где? – Буйнов потрясенно воззрился на Евгения.

– В Афганистане, в 1984 году…

Апрель восемьдесят четвертого был холодным по погоде, но жарким по боям. Шла 7-я Панджшерская операция.

В одном из ущелий, отходящих ветками от Панджшерского ущелья, попал в духовскую засаду один из советских батальонов. На беду уже третий день шел противный мокрый снег, не дающий авиации возможности прийти на выручку ребятам. Тогда был отдан приказ выдвигаться колонной без сопровождения, и идти по ущелью в сторону Анавы и дальше, на Руху, где кипели бои.