Крайне вкусная была эта форель. А еще Хьюберт вспомнил разговор, когда он сказал, что Бог – жестокий, а кто-то другой сказал – смутный, и они стащили лошадь с дороги, а затем смотрели польское кино. Но эта картина была лучше той, учитывая, что та картина дублированная, а не прямо на чистом польском. Белоснежка взбудоражена. Она беспокоится за свою так называемую «репутацию». Что люди подумают, как мы допустили, чтобы о ней судачили на всех углах, нельзя, чтобы люди нас видели enfamille,

Невзгоды и сетования Белоснежки:

– Что я им, ломовая лошадь? Я устала быть ломохозяйкой.


МНОГОУВАЖАЕМЫЙ МИСТЕР КВИСТГОР!

Хоть вы меня и не знаете, меня зовут Джейн. Я выхватила вашу фамилию из телефонного справочника в попытке запутать вас в свои заботы. Мне представляется, что все мы сейчас страдаем от недостатка взаимосвязей. Это мнение разделяют очень многие – настолько многие, что оно вполне может быть ошибочным. Вполне может быть, что мы пересвязаны. Но я исхожу из первоначального своего предположения, что мы недосвязаны, и потому бросаю вам эти строчки, а уж схватитесь вы за них, как за спасательный леер, или нет, дело ваше. Только мне сильно сдается, что в последнем случае вы сильно поплатитесь за свое высокомерие. Это не более, чем мое личное мнение. Не обеспеченное поддержкой полиции. Я бессильна, мистер Квистгор, наказать вас за нравственную глухоту и черствость. В нашем обществе за такие вещи не наказывают. Пока не наказывают. Но ближе к делу. Ваше, мистер Квистгор, пространство дискурса и мое – не тождественны. Вполне возможно, что вы не осознавали этого прежде, но факт остается фактом. Мы существуем в разных пространствах дискурса. Вполне возможно, что до получения этого письма пространство дискурса, в котором вы, мистер Квистгор, вяло слонялись, казалось вам вполне адекватным и удовлетворительным. Возможно, вы никогда не задумывались о существовании других, отличных от вашего, пространств дискурса, населенных другими дискурсирующими личностями.



17 из 77