Сю сначала услышала голос женщины, говорящей по телефону, потом увидела ее голову с распущенными волосами и прижатой к уху трубкой.

Женщина (ласковым, воркующим голоском кого-то увещевала на другом конце провода). Милый, я плохо слышу из-за музыки, но через час, от силы два, буду дома. Ты голоден? Бедненький! Возьми что-нибудь в холодильнике. Неужели это проблема — поесть самому, без жены? Я тебя избаловала, милый. Попробуй хоть раз сам накрыть стол, согреть ужин, тогда оценишь мой труд. Ты, как малое дитя. Ладно. Скоро буду.

И только тут Сю разглядела, что женщина раздета донага и сидит верхом на голом человеке, разлегшемся на спине. Сидит на его члене, в ритм с ним поколыхивая телом и телефонной трубкой, прижатой к уху.

Сю привел в себя голос Мюриел.

Мюриел. Здесь одетой быть неприлично.

Сю. А где… раздеваться?

Мюриел. Прямо тут… Бросай на пол. Никто твое не унесет. Тут все из хороших семей.

Сю идет по дому нагой, ведомая за руку таким же, нагим, пареньком. Они переступают через чьи-то тела, ища для себя место, где можно прилечь. Мимо них с визгом промчалась Мюриел, увлекая за собой какого-то черного парня.

Сю. Как тебя зовут?

Парень. Ларри.

Сю. А меня — Сю.

Ларри. Это твое настоящее имя? Или придумала?

Сю. Какая разница? В одежде мы друг друга не узнаем.

Ларри. Тебе весело?

Сю. А тебе?

Они, наконец, нашли место в углу. Сю легла на спину, развела ноги. Он склонился над ней и закачался.

На шее у парня висит металлический крест на цепочке. И каждый раз, когда их головы сближаются, крест царапает Сю нос.

Сю. Веселенькая картинка. Вроде крещения. А мои еще в синагоге молятся. Увидели бы — разрыв сердца на месте.

Ларри. Что? Что ты сказала?