— Максимыч, вот училище просят, а я говорю нэту.

И разводил руками:

— Нэ— ту!

Потом выждав паузу, добавлял: Посмотри!

Любезно попрощавшись с гостеприимным хозяином, Платонов уходил с главным в его кабинет. Главный вызывал к себе нужного человека:

— Егорыч, морячкам надо помочь — бодро говорил он и вручал бумагу набычившемуся начальнику цеха. Тот брал её словно гранату без чеки. Бегло просматривал и поспешно возвращал главному:

— Нет у меня ничего. Вы же знаете, все неликвиды сдали, а новых не накопили.

Главный опять всучивал ему бумагу:

— Да ты посмотри повнимательнее, просят-то ерунду.

— Нету! Я же сказал — не-ту! — хмурился тот.

— А ты поищи!— взвивался главный. — Поищи! Или я сам пороюсь. Хуже ведь будет. Все каптерки и чердаки захламлены. А ты — не-ту! Иди, иди. Потряси свои закрома. Не вагон ведь просят.— И давал понять, что разговор окончен.

Начальник цеха выскакивал из кабинета озабоченный и злой. Платонов спешил за ним молча, давая остыть.

На улице Егорыч, косо взглянув на неотступно следующего просителя, бросал:

— На чем прибыл?

— На Газике.

— Пустой?

— Да нет. Есть маленько.

— Подгоняй к вон тем воротам. Я пойду, посмотрю. Но, наверное, ничего нет. На днях главный большой шмон устроил, так мы все повыбрасывали. Приехал бы неделей раньше.

— Кто ж знал! — сокрушался Платонов.— Ну, так я пойду подгонять?

Начальник цеха утвердительно кивал.

Расставались друзьями. В бездонных цеховских закромах случайно оказывалось не только испрашиваемое, но ещё от барских щедрот добавлялось раза в два больше «ненужного хлама»…

4

Как-то вызвал Платонова начальник кафедры и перейдя на «ты», озадачил:

— Собирайся в командировку. Звонили из штаба флотилии — учения уже идут, а посредника от нас нет. Начальник училища дал команду отправить человека немедленно.