Ир страдал, как переходившая больше срока роженица. Он весь был полон разрушительной, могучей энергии, которая клокочет внутри, раздирает внутренности, ищет выхода, причиняя невыносимые страдания. С каждым днем ее становится все больше, нужно ее чем-то успокаивать, куда-то бежать от нее, выбросить… Или хотя бы заглушить боль. Водка — единственное, что парализует, притупляет ощущение собственной безвыходности. Литровая прозрачная бутылка прочно ассоциировалась у Ира с огнетушителем.

Наверное, на всем свете один Ир по-настоящему знал, что означает «безвыходность». Это когда все твои силы, способности, твои желания безнадежно заперты внутри, никто и никогда о них не узнает. Никому просто нет до этого дела. Никому! Это бесконечное метание. Изматывающие порывы в разные стороны, эффект от которых «по сумме векторов» равен нулю. Такой галоп на месте, топтание с ноги на ногу с бешеной скоростью.

Иуда имел все возможности, чтобы начать гордиться своим сыном. В школе Ир был агрессивен, драчлив, много занимался спортом… Интересовался всем подряд, неудержимо притаскивая домой всевозможные кубки, дипломы, медали… Словно старался доказать что-то… Вот, смотрите! Я могу, я есть, я здесь!!! Ир вертелся в колесе, в которое сам залез и теперь не может остановиться. Такая атлетически сложенная, несущаяся в никуда белка с вытаращенными глазами. Он чемпион по бегу, он может бежать и бежать… Хочется кричать от этого бесконечного эскейпа, словно кто-то страшный гонится за тобой, он вот-вот тебя схватит, разжует, размелет в порошок! Финишная лента, которая все время отодвигается! Я вот-вот первый! Помогите! Спасите меня! Кто-нибудь! SOS!!!