Он вызвал официанта, попросил чего-нибудь болеутоляющего. Не оказалось. Поздно. Аптека в гостинице закрыта. Вспомнил филантропа-дантиста Сэма, по визитной карточке позвонил ему домой, разбудил, вызвав неудовольствие. Тот буркнул, чтобы дотерпел до утра и явился к нему в кабинет, прихватив страховку.
Виктор (взвыл). У меня нет страховки. И времени утром нет. Самолет улетает рано.
Голос Сэмл (в телефоне, сонно). Ну, тогда бог вам в помощь.
В трубке послышались гудки отбоя.
Виктор (с ненавистью оглядывая богатый номер отеля и роскошно сервированный стол). Нет, этой сытой стране нужна революция.
11. Интерьер.
Служебная лестница в гостинице.
(Ночь)
По пустынным лестничным маршам поднимается Ширли, на голове — кокетливая шляпка, в руках — рабочий чемоданчик. Бесконечно сменяются номера этажей. А девушка все взбирается. Сначала-легко, и даже вприпрыжку. Потом — все медленней, и от усталости, и от волнения.
Сверху, мимо нее, как наваждение, спускается мальчик-хасид. Дошел до лестничной площадки и, словно спохватившись, окликнул девушку.
Мальчик. Мисс! Пожалуйста, один вопрос…
Ширли остановилась и ждет, пока мальчик поднимется к ней.
Мальчик. Я прошу прощения, вы когда-нибудь видели, чтобы черную старушку-инвалида вез в коляске белый человек?
Ширли. Мне некогда, мальчик, я очень спешу. (И продолжила подниматься по лестнице.)
Мальчик. Ну, ладно. Тогда в другой раз.
12. Интерьер.
Номер Виктора.
(Ночь)
Когда девушка постучала в дверь номера Виктора, зубная боль настолько его доконала, что он и не рад был ее приходу, а думал лишь о том, как бы от нее отделаться.
Правая щека у Виктора раздулась, но Ширли этого не замечала — так велико было ее волнение от столь позднего визита к мужчине, да к тому же — кинорежиссеру, в руках у которого, по ее мнению, трепыхалось ее будущее.