Я начал на ее психику в экономическом смысле давить: дескать, какой он, на хрен, кормилец? Так ему тут же грант дали. Хиленькие, конечно, деньжата, но прокормиться можно. На Западе где-то дали. И он заладил: грант да грант, как будто он капитан Грант по крайней мере.

Алка ходит счастливая, даже тошно смотреть. Ну, думаю, неужели так и придется только в мыслях ее раздевать? А грант как начался – так и кончился. Очень быстро кончился, Слуцкий даже не успел и глазом моргнуть. А жизнь у нас в великой и могучей, сами знаете, лучше не становится. И Алка, наконец-то, задумалась…

На трибунах начали скандировать: "Рыло!!! Рыло!!!" Это какой-то канадский журналист раскопал, что меня в школе еще так прозвали: Рыло. С тех пор в Портленде только и слышишь: "Рыло надо на игру ставить! На хрен этот Липолайнен?!"

Я от радости, что начали скандировать, так придурка одного замесил, что его тоже с поля на носилках унесли. А меня – на две минуты. Ну и хрен с вами!

Сижу и думаю: "Подмывайся, Алка, подмывайся. Во-он как любовно на меня Пичман смотрит."

Жизнь здесь, Алка, как в кино. Лучше не скажешь. Про супермаркеты и дома с бассейнами ты и сама знаешь. Про косметику или шмотки рассказывать – так тебе и так об этом уже все уши прожужжали. В первую очередь – Помочилин. А я только добавлю, что жизнь здесь, как в кино. Вот как ты в кино американском видишь – так и есть. Только не стреляют практически совсем. А так все – как в фильме. От интерьеров до банков. Будешь жить, Алка, в Портленде, а все подруги на жизнь твою как на экран смотреть будут.

Ты когда этому Слуцкому своему заявила, что надоело нищенствовать, так у меня аж от сердца отлегло. Правда, ты тут же добавила: "Мне что Помочилин, что Рыльников – один хрен. Кто из них больше зеленых зашибет, за того и выйду." Но все же Слуцкий подергался-подергался, да и исчез – не про таких девка.