— На кладбище?

Элси засмеялась.

— Нет, конечно. Во время тренировки он входит в транс и демонстрирует очень выразительную технику боя.

Почему у него здесь нет учеников? — спросил я.

— У него были ученики, — заявила Алиса, — иначе как бы я всё это разузнала? Но случилась неприятность. Для того, чтобы преподавать в Германии, Родригесу нужно было оформить рабочую визу. Однажды пришёл инспектор…

— Понятно. А где он тренируется?

— Что, хочется подсмотреть, да? — лукаво улыбнулась Элси. Она будто бы говорила этим взглядом, что может устроить для меня такой просмотр, но сделать это будет нелегко.

— Мы ведь одна команда? — спросил я, отведя взгляд.

Элси поцеловала меня в нос и сказала:

— Ладно, попробую выведать.

На следующий день я встретил Алису в библиотеке.

— Привет! — махнула она рукой. — Угадай, какие у меня новости?

— Ты узнала, где тренируется Родригес?!

Элси сразу скисла.

— Я купила себе казаки из настоящего крокодила.

Стоят безумно дорого!

Она подняла края джинсов и показала мне новые сапоги.

— Зловеще, правда? — спросила девушка.

— Правда, — подтвердил я равнодушно.

— О-о, — Элси покачала головой, — у тебя явно повышен гормональный фон. Есть такой гормон — статмин, он концентрируется в мозжечковой миндалине мозга. Гормон страха.

Она вытаращила на меня глаза.

— Ну, знаешь!

Ладно. Послезавтра встретимся в Фолькспарке.

— В полночь?

Элси только усмехнулась.

Берлин заливало дождём. Мягкие струи облизывали оконное стекло, и улица по ту сторону от окна расплывалась цветными пятнами. Как на полотнах импрессионистов. Было время, когда в городе зажигаются огни.

«Ну вот, — сказал я самому себе, — теперь уж точно этот японоамериканец и носа из дома не высунет». Бой был назначен на девятнадцатое июня и до него оставалось всего четыре дня. А завтра я сам собирался потренироваться в «Спорталлее» и взять несколько уроков мексиканского бокса.