Признаюсь, мне хотелось бы увидеть её ещё раз, прежде чем я покину это адское место.

На следующий день после праздника грязь прихватило морозцем и присыпало сухим снежным порошком. По пути на работу Маргарита уговорила капитана отнести Иона к кургану, на склоне которого находилась его нора.

Вокруг редута не оставалось уже ни одного неубранного тела. Все исправное оружие и амуниция были собраны, и о недавнем побоище свидетельствовали только изрытая земля да бурый кровавый лед.

Лишенный ориентиров, Ион не сразу мог найти место своих злоключений.

К тому же он раньше наблюдал его только с точки зрения пресмыкающегося, а теперь осматривал с носилок. Он утверждал, что рядом с его пещерой росла кривая березка, за которую он цеплялся, выползая наверх, и один из санитаров вспомнил, что, точно, с обратной стороны горы он срубил дерево, чтобы ворошить им угли.

Возле пенька, за редутом, нашли черную дыру в земле, почти незаметную после ночного снегопада.

Жилище Иона представляло собой округлую пещеру глубиною примерно в человеческий рост, пробитую ядром у подножия холма. Дно пещеры было обложено дерном и закидано ветошью. Вход прикрывало нечто вроде крыльца из двух вкопанных досок с навесом из рваной шинели. Рядом с крыльцом был выкопан земляной очаг, наполненный золой и мелкими костями, а возле очага стоял простреленный барабан вместо стола.

Заглянув в жутковатую нору, Маргарита увидела в её стене обгорелую икону Божьей Матери с ликом, почти неразличимым от копоти.

– Я нашел её в одном из разбитых домов по ту сторону оврага, когда ползал в поисках пропитания, – сказал Ион. – Именно ей я обязан своему спасению.

В сторонке от хижины Маргарита увидела правильный квадрат из воткнутых штыков, словно растущих из земли. Сорок девять штыков были расположены в семь ровных рядов по семь штук, и ещё один, пятидесятый, начинал новый ряд.