Вдруг кавалькада смешалась. Из-под кочек под ногами передних коней метнулась какая-то тень, лошадь толстяка на полном скаку стала как вкопанная, а всадник перекувырнулся через её шею. Задние кавалеристы налетели на передних, кони заметались, стали лягаться и вставать на дыбы, а виновник всего этого скандала, серый заяц, зигзагами бросился удирать по полю. Толстый улан, едва не растоптанный собственным конвоем, мгновенно вскочил на ноги и, прихрамывая, побежал ловить лошадь. По нашим рядам пронеслось: "Император упал.

Дорогу императору перебежал заяц. Беда".

Дело в том, что у нас считается самой зловещей приметой, если дорогу вам перебежал заяц, и уж тем более – если вы при этом упали. После падения императора ни у одного из моих суеверных товарищей не оставалось сомнения, что реку переходить не стоит.

– У нас это тоже дурная примета, – сказала Маргарита.

– Под Островной нас привели на неубранное пшеничное поле при большой дороге, приказали зарядить ружья и лечь на землю тремя рядами.

Начальство предполагало, что через несколько часов по этой дороге пойдет большой отряд русских. И тогда мы неожиданно поднимемся, обстреляем их и атакуем с фланга.

Если бы не страх предстоящего сражения, лежать в хлебах после долгого марша по жаре было бы сплошным удовольствием. Я несколько раз забывался сном и просыпался от страха, что меня опять забудут и уйдут. Уже перевалило за полдень, голод терзал мои внутренности, а русские все не шли. Я льстился слабой надеждой, что сражение не состоится. А между тем за лесом уже грохотали пушки и пачками трещали ружейные выстрелы. По нашим невидимым рядам прошел какой-то нервический ток, и я понял, что это уже началось.

Вдруг я едва не подпрыгнул от барабанной дроби. Офицер скомандовал подъем, и камышины султанов стали выныривать из пшеницы, словно поплавки из воды. Я находился в третьей, самой последней шеренге, куда поставили неопытных солдат. Первый ряд должен был дать залп и быстро поменяться местами со вторым, а затем передать пустые ружья третьему ряду и получить от него заряженные. Затем второй ряд, в свою очередь, менялся местами с третьим, третий с первым, и пальба таким образом шла непрерывно.