Война – дело разумное, а если оно «не разумное», тогда говорят, что она– героическая.

Об англичанах. Чем меньше жизненного пространства, тем изворотливее ум. Эти на островах живут, вынуждены умнеть. И умнеют они как минимум пару тысячелетий.

А на больших просторах умнеть совсем не обязательно: изгадим эти просторы, перейдем на следующие.

О культуре и ее министре. Очень трудно быть министром того, чего нет.

В аэропорту нас встречал Стефан. Мы с Колей прилетели в Швецию в гости к Стефану.

Познакомились мы на шведской книжной ярмарке.

Стефан тоже издатель и, кроме того, он знает русский язык, а еще он изучает философию и сам переводит сочинения Кьеркегора с датского на шведский.

Русский Стефан изучал в Москве, где он учился, став московским студентом сразу же после того, как перестал быть шведским военным летчиком. Издательство у него называется «Нимрод», что означает сокол.

Мы со Стефаном немедленно сошлись на том простом основании, что оба мы бывшие военные.

– Они же нам все врали! – говорит Стефан о своем правительстве, а врали они насчет того, что расписывали им нас, русских, как существ, чрезвычайно опасных.

Я ответил Стефану тем, что и нам очень много врали, но теперь, слава Богу, мы можем наконец заглянуть в глаза друг другу.

Заглянуть в глаза Стефану может только Коля – Стефан почти два метра ростом. Я же могу заглянуть ему где-то в район верхней пуговицы пиджака.

Стефан везет нас к себе в гости, на север. Дорога все время вьется вокруг каких-то скал. В

Швеции вообще нет полей в нашем понимании. У них есть скалы с соснами и что-то вроде полосок земли, отвоеванной у скал. Там у них все и растет. Ни одного клочка брошенного или неухоженного.