Стефан везет нас к себе в лес.

Живет он в лесу. У него там дом.

Тут многие так живут. Городок с десятью тысячами населения, из которых семь тысяч по лесам, здесь обычное дело.

В городке в воскресенье никого нет. Главные достопримечательности – бассейн, книжный магазин, библиотека и Музей паровоза.

Тут у них есть один паровоз, так вот он теперь находится в музее, и Стефан нам его сейчас же показал, как только мы въехали в городок.

Шведы, как уверял нас Стефан, до сих пор боятся русских. Лозунг «Русские идут!» придумали они сразу же после войны Петра Первого с Карлом Двенадцатым.

Стефан нас будет немедленно кормить, о чем он нас и оповестил, но для этого нам надо доехать до его дома, который находится чуть дальше в лес.

Шведы помешаны на экологической чистоте, так что и в лесу у них стоят туалеты, а дома в лесу снабжены всем необходимым.

Гадить в лесу разрешено только лосям. Идешь по дорожке и видишь – вот он лось, а вот его кучка.

Стефан привез нас прямо к дому, и первым на крыльцо взошел Коля – он из нас двоих лучше всего произносит речи. Коля заготовил речь для встречи жены Стефана. Открылась дверь, и на пороге показалась жена– Коля поперхнулся.

Дело в том, что жена у Стефана примерно лет на шесть-восемь старше самого Стефана. Выглядит она, прямо скажем, не его женой. Стефану от силы можно дать лет тридцать пять.

– Открылась дверь, – говорил мне потом пораженный Коля, – и выпила… мама Стефана!

За обедом мы ели салаты и копченую форель огромных размеров. Запивали мы все это белым вином.

От Стефана не укрылось то обстоятельство, что Коля скромничает и есть помалу.

– Не бойся, – сказал он, – у меня есть еще одна форель!

Меня же они вдвоем очень быстро окрестили обжорой.

Пока мы сидели за столом, за окном дважды проезжала машина.

– Задолбали! – пожаловался Стефан. – И ездят, и ездят!

Дело в том, что шведы очень ценят покой. Они соседа-то по хутору иногда лет по десять не видят и догадываются о том, что он еще не помер, по дыму из трубы, а здесь – за час две машины.